РОБИНЗОН, ДРУГ ШНЕЕРЗОНА

Я вкалываю день и ночь, чтобы победить в честном соревновании. Забыл о сне и полноценном отдыхе, отказался от выходных. Принимаю роды у козочек…

По неведомой причине твари (я имею в виду козочек) норовят сбежать из восточной части в западную. Чего им не хватает? Кормов у них больше, чем у их собратьев на материке, в животноводческих колхозах и совхозах. Личной жизни — больше чем достаточно. Бытовые условия — роскошный навес от дождя в закрытом от ветра месте. Чего еще?

Но прут, подлые, к Хайдрун. А у той не то что навеса, вообще никаких условий для козлиного проживания!

Мне приходится тайком ночью проникать на западную территорию и возвращать беглянок силой. Дома я, конечно, учу их любить свободу, но это мало помогает и они по-прежнему норовят покинуть своего хозяина и историческую родину.

То же касается и котов. Негодяи (кстати, не имеющие никакого народнохозяйственного значения) все как один покинули ЗаАССР, ринувшись на Запад. Хайдрун совершенно не заботится о кисках в плане обеспечения их всем необходимым, но обожает гладить их по шерсти, отчего те громко урчат. Неужели простое поглаживание предпочтительнее, чем полнокровная жизнь, в которой нет места голоду, лишениям и другим неприятностям.

Психологию животных понять невозможно. Они предпочитают сытой, размеренной, правильной во всех отношениях жизни безалаберное, полуголодное существование, что касается и некоторых гомо сапиенсов.

Прошло девять месяцев со дня раздела острова на западную и восточную части. До сих пор явного преимущества над капитализмом добиться не удалось. Питаемся мы с Хайдрун с одного стола. Трапезы проходят на моей территории.

Немка с удовольствием ходит ко мне в гости, мы обедаем, и я рассказываю ей занимательные истории, известные мне от прабабушки — Царствие ей Небесное! Она, бедная, умерла в уверенности, что большевики в конце концов гигнутся и новые власти вернут ей то, что было реквизировано, а затем муниципализировано. По непонятной мне причине прабабушка считала, что ворованное (именно так она обозначила справедливо реквизированную недвижимость — два четырехэтажных особняка в Таганроге) ей вернут.

Моя прабабушка была дочерью таганрогского купца и застала ту патриархальную жизнь, которую описал в своих рассказах великий русский писатель Антон Павлович Чехов.

В благодарность Хайдрун поведала мне о своей жизни. Оказывается, она происходит из рода Бисмарка, который являлся ее двоюродным прадедом. Немка спросила, знаю ли я, кто это такой?

— Еще бы, — гордо ответил я, — Отто фон Бисмарк был знаменитым немецким канцлером. Он утверждал, что русский народ победить невозможно потому, что русский народ любит жевать мороженое в сорокаградусный мороз.

Здравствуйте!

Моя фамилия Шварцман. Зовут меня Хайдрун. Я нахожусь на необитаемом острове. Кроме меня здесь живет мой советский друг — товарищ Сергей Панибратов — и его помощник товарищ (попугай) Шнеерзон. Мне наплевать на его политические пристрастия, хотя от его пропагандистских штампов невероятно тяжело отвязаться.

Панибратов непрерывно цепляется ко мне со всякими идиотскими предложениями. Например, я еле-еле отбилась от участия в кроссе по пересеченной местности, посвященного годовщине Советской Власти. Или от субботника по уборке территории пляжа, приуроченного к дню рождения Ильича.

Все время он вкалывает как угорелый, с шести утра до семи вечера. Собирает ананасы. Делает он это с таким остервенением, что может показаться, будто идет заготовка не каких-то плодов, а брильянтов. Затем он сушит их на солнце до тех пор, пока ананасы не превратятся в сморщенные вонючие комочки, покрытые слизью. Он считает их стратегическими запасами и куда-то прячет. Считает, что я их найду и съем!..

Иногда русский говорит разумные вещи, но это случается не так часто, как хочется. В основном он вещает лозунгами, доктринами и тезисами. Часто цитирует каких-то придурков. Чего, например, стоит любимая присказка Панибратова: «Это верно, товарищи, потому что правильно» или «Это правильно, товарищи, потому что верно»?!

Бред сивой кобылы!

Русский гоняет по острову бедных животных, которых пытается приручить и сделать из них нечто домашнее. Он, в своем воображении, наделяет их человеческими чертами и отождествляет с историческими личностями. Как-то он напялил на козу кепку, сшитую из мебельных чехлов, и делал вид, что перед ним его политический кумир. Ставил ее на пенек, прятался у нее между ногами и громко кричал: «Промедление смерти подобно!» и «Товарищи! Великая Октябрьская социалистическая революции, о которой так долго говорили большевики, свершилась!». При этом он сильно картавит.

Панибратов или идиот, или кретин, что в общем-то одно и то же!

Передайте папе, что у меня все в порядке. Я поправилась на два килограмма.