НА ПРАВАХ РУКОПИСИ

Даже дверь заложили, в которую Вы
вышли (гдé Вы?), где «вы» не приставка, а за —
заиканье и — местоименье.
Дверь же замуровали, замазали, за —
так нелепо — лепили, и Вас там нельзя
разглядеть, и до дна напрягая глаза,
потому что Вы сделались тенью.
Или так не бывает со светом?.. Когда
я, в гвоздику вдышав всю себя и отдав
стекленеющий красный цветок, сквозь рыда —
не мои, подошла к сновиденью —
Вы стояли поодаль себя и, светясь,
улыбались, и наша не рушилась связь,
потому что ни смерть, ни другая напасть,
не по правде, а по наважденью.
Но живые еще и от жизни устав,
как кощеева смерть, мы запрятаны так
многослойно, что неповоротливый tongue
наплетет миллионы историй
прежде, чем этот селезень с этим яйцом
из меня воспарит, сын мой станет отцом,
и, склонившись ко мне с виноватым лицом,
земляное и перстное в море
оттолкнет — заколеблется в волнах ладья,
и в восток потечет, вверх, на небо, где я
в дверь из света войду, отраженьем двоясь,
и исчезну… А дверь заложили,
потому что Вы умерли. К мертвым проход
закрывает восход и плывет пароход
к той черте, за которой свершен переход,
к той черте, за которой Вы живы.