Написать автору
Оставить комментарий

avatar

про веру нашу

Одно время у нас был сосед, каждый год в мае праздновавший свое спасение во время войны. Их было четверо в горящем подбитом бомбардировщике. В живых чудом остался он один. Бог спас. Молился, и он спас! С тех пор он верит в бога и отмечает день спасения вместо календарного дня рождения. Этот день у него День Бога.
Я бы тоже мог вот так просто поверить в Бога. И все (абсолютно!), кто пережил вторую мировую, могли бы. Потому что когда смерть кажется неминуемой, не молиться невозможно. В войну дети поголовно и многие взрослые носили на шее мешочки с зашитыми в них написанными на тетрадных листках бумаги молитвами, будто бы предохраняющими от огня, воды, пули, бомбы, злого супостата. Назывались такие мешочки ладанками. И вот какая штука напрашивается. Когда видишь, что пришла последняя минута и не молить о пощаде нельзя, почему бог не спас товарищей моего соседа, почему дал погибнуть еще двадцати миллионам, умолявшим о пощаде? Я сказал об этом соседу. «Ведь они молились! Те трое, вместе с которыми ты падал, тоже все молились, иначе быть не могло.» Он и на секунду не озаботился: «Ну, значит, такая у них судьба».
В год смерти Брежнева я увидел все главные достопримечательности Золотого Кольца России. Побывал и в Загорске, в главном православном центре страны. Неприятие было стопроцентным: все увиденное было здесь реанимировано только ради показухи, для туристов, особенно иностранных. Убожество наше было видно как тело сквозь дырявые одежды на каждом шагу. Особенно горько было смотреть на молящихся старушек в белых платочках. «Господи, прости меня грешную! Господи, прости и помилуй…» — слышалось со всех сторон, ничего кроме этого понять в церкви я не смог. И это меня чуть ли не взбесило. Бедные бабушки, да за что же вас прощать? Кто придумал, будто вы перед кем-то виноваты? Вас, объявив равными с мужчинами, заставили таскать железнодорожные рельсы и шпалы, рубить леса, дробить скалы, ежедневно, уже без всяких выходных после работы работать еще одну смену дома. А чего вам стоила война. В тылу, не говоря уж об оккупации, чтобы прокормить малых детей — на это требовались такие силы, что ни один герой мужского пола не выдержал бы. И за свои муки что вы поимели? Ничего! Солдаты получили много лет спустя кой-какие льготы, вы, бывшие молодые матери — ничего. Самой позорной из привилегий, которыми наделили ветеранов, было право не стоять в бесчисленных советских очередях за хлебом, молоком, к врачу — да где у нас не выстраивались очереди? Старушки покорно ждут, а рыцари избавлены благодарными правителями от мелочных переживаний, важно следуют вперед. Как же дешево их купили…
Однако тоска по богу, думаю, есть в каждом человеке. Ладно, думалось, в бога, будучи в трезвом уме и доброй памяти, поверить трудно, но и совсем отвергнуть невозможно. Ведь если б он был, было бы замечательно. Жизнь отдельного человека коротка. Но если существует бессмертный сущий Бог, всё что мы любим будет повторяться вечно. Знать, что зимы, вёсны, лето, осень, любовь, ненависть (да-да, плохое тоже!) будут, будут, будут… — это ли не утешение смертному. Но и такое бессмертие невозможно, поскольку все находится в непрерывном движении, следовательно, непрерывно меняется. Всевидящего, Всезнающего, Всемогущего нет! Мы сами себе хозяева и, как говорил Бекон, важно не во что ты веришь, а что знаешь… и, добавлю от себя, умеешь.
Когда началась перестройка, в СССР понаехало много разных религиозных делегаций. От одной мне досталась книжечка, которая пришлась, что называется, впору. Да, много веков разные мудрецы пытались доказать бытие божье, но дело это бесполезное, говорилось в книге. Слово Иисуса, Слово с большой буквы — вот что достойно веры, почитания, развития, распространения. Слово деятельное, проникнутое пониманием человеческих нужд и чаяний, по которому выросла самая развитая в мире европейская цивилизация — оно и только оно достойно веры. И это Слово — Иисус Христос, который есть Слово и только Слово, Слово на века.
Снова я тогда, в марте 91-го, побывал в Загорске и целых пять дней ходил на монастырский двор, пытаясь хоть что-то понять в православии. И вновь почти полное неприятие. Да, церковное благолепие, невнятное бормотанье священника, вой дьякона, голоса хора и молящихся приподымают и уносят далеко-далеко назад, когда люди были малоискусными, малоискушенными. Но Слово — где же Слово? Слова я не услышал.

Церкви ныне растут почти с такой же скоростью, как бензозаправочные станции. Отчего бы это? Выгодно вкладывать деньги. Почему выгодно? Потому что церкви даны льготы, приносящие выгоду. Кому же попадает выгода? Тем, кто у пирога и есть деньги. Выгода даже двойная — у кого есть деньги, еще больше их делается, а нищий народ может бесплатно молиться о продлении здоровья и хорошей жизни. Молитесь — и бог даст. И это опять враньё, сваливание беды на чужие плечи: бог тебе должен помочь.

Метрах в ста пятидесяти от моего дома построился маленький пузатенький человек. То было время цыганского процветания. Если где-то строится огромный (по нашим меркам) дом из итальянского кирпича — это цыганский (с тех пор как объявили свободу торговли, они припухли — время красных директоров, страстных приватизаторов наступило). И про пузатенького думали, что цыган из спекулянтов черной икрой, или мебелью, или фальшивым медом или ещё чего. Оказалось, попик отец Виктор. Да откуда ж у этого деньги взялись построить трехэтажную с подвалом домину, занявшую почти весь участок в четыре с лишним сотки? Ведь сама его церковвь — она тоже неподалеку — раз в пять меньше. А вот взялись откуда-то… Таков один-единственный факт.

Нынешняя церковь очень похожа на нынешнюю зюгановскую компартию. Близнецы, живущие на проценты с нажитого в прошлом капитала. И сами деятели церкви и компартии очень похожи: безликость во всём, дюжие, глаза ничего не выражают, речи — одни общие места, внимание слушателя мгновенно отключается, даже в переводе старый папа римский в десять раз живее нынешнего патриарха.
И понял я в конце концов о чем просили и продолжают просить бога старушки в платочках. Не о прощении грехов. Откуда у них могут быть грехи, они бы и рады, да всю жизнь за работой в гору глянуть некогда было. Об избавлении от несчастий, всю жизнь валившихся на них и продолжающих валиться на детей и внуков просят они. Прожитое было в основном — наказание. За что? Неважно. Но прости, господи, и наконец помилуй!
Такая вера. Крестят детей, венчаются, на тот свет уходят под маловразумительное мычанье. Это ведь еще и модно, очень поощряется властью, сами начальники крестятся, смиренные. Сам господин президент с супругой недавно, поставив на уши спецслужбы нескольких областей, отправился в путешествие по святым местам. Молитвы за крестами всех этих людей не чувствуется. Старушечьи молитвы об избавлении от нынешней жизни — ещё чего! — не подходят. Свою пока не придумали. А впрочем, почему нет? Если многим из них именно сейчас очень хорошо, то почему не молиться, чтобы так было всегда…
Как же это старо. И полнейшая слепота. Верхушка, элита благодаря только деньгам, не культуре — хочет слыть европейцами, народу же предлагается вера. Вер много. И здесь мина замедленного действия, уже вполне действующая. Например, казаки протестуют против строительства на Дону мечетей. То есть происходит то, чего так боятся вроде бы все: готовится дальнейший раскол империи.
А выход есть. Просвещение. Слово Христа, каким бы замечательным оно не было, не последнее. После Христа была мыслители Возрождения, Просвещения, Науки. По слову именно деятелей Возрождения, Просвещения, Науки создались как бы сами собой Великие Соединённые Штаты Америки. Разве не достойно проповеди слово, допустим, Бекона, Спинозы, Гердера, Гельвеция, Швейцера? Выстраданное слово. Многие за своё Слово взошли на эшафот или были очень к нему близки. Не Церковь, в своё время прикрытая большевиками, их же потомками вдруг открытая и откровенно навязываемая народу, а Школа, в которой учащиеся должны постигать достижения общественных наук, простых в своей сути и вполне доступных почти всем.

Это было написано и напечатано в Ростовском листке при «Литературной газете» в 2001-м году, когда, как теперь понятно, церковь ещё не набрала, так сказать, настоящей силы, первый её патриарх был довольно закрытым и пожалуй робким человеком. Зато теперь, в 17-м году, всё стало на место, утвердилось на этом месте точно по Сталину-товарищу — ВЕРТИКАЛЬ на веки вечные, состоящая из преданных, заинтересованных людей, на вершине которой сидит один ОН, почти бог, и правит во благо под ним лежащим хорошим умным людям. Только вместо МАРКСИЗМА теперь внедряется религия ПРАВОСЛАВИЕ.

Но вот в чём дело. Погружение в муть православия происходит как-то не совсем. Второй патриарх, Кирилл Гундяев, полная противоположность первого, и шустрит так, что никому от него покоя нет. Церковь при нём обнаглела до такой степени, что пора снова эту лавочку закрывать. Попы укрепляются. Тот попик, мой по сути сосед, прикупил участки рядом со своей доминой, нарастил ещё до четырёх метров свой старый трехметровый кирпичный забор, с заменой старых ворот (вполне как новыми) — новыми ещё более грандиозными. Внутри непроницаемой усадьбы чего-то построено, но видны лишь красивые крыши, навскидку не менее двухэтажных домов. Чем в них занимаются. Свечечки льют? Иконки штампуют? Вино курят?.. Чем не подобен местный малоуважаемый попик своему старшому? Самый-самый отбирает у петербуржцев Иссакиевский собор мировой известности, в Ростове святые отцы лишают детей кукольного театра, в Старочеркасской вокруг казачьей собственности тяжбу затевают. А что шпана религиозная творит в Калининграде, бывшем Кинесберге, на землях бывшей Восточной Пруссии… И ни на грамм не сомневаясь в собственной правоте. А сам-то, сам каким молодцом держится! Другого наиглавнейшего — католического — где-то в Америке достал. Шептались они там, обнимашки делали, ручкались. А совсем недавно этот молодец с внешностью русского купчика средней руки из 19-го века каким-то образом добился приёма у самой королевы аглийской. Как он смел со своей исконно холуйской физиономией и фамилией? Но вот посмел же.

Я перед тем, как написать это последнее, почитал катехизисы отцов церкви. И во всех содержалось если не прямо, то намёками требование платить жрецам десятую долю своего достатка. Буквально все от древних шаманов и гадалок до нынешних страстотерпцев: дай деньга! Дай деньга! Святую десятину, то есть. Здесь и причина, и элементарно ясный ответ.

А бога-то нет! Есть материя, способная рождать жизнь при определённых условиях. И это есть такая великая пока тайна. Не какой-то бог — реальная тайна, нуждающаяся в разгадке. И перед этой тайной попытка сделать советских человеков с помощью советских же чудиков религиозными. «Вы меня смешите, Шура. Меня душит смех!». И после одного века атеизма, по меньшей мере позорно всё это.

Любопытная чисто россиянская сказочка получилась у нас. Одному козлу доверили капусту. Этому козлу чего-то не хватало, и он пустил к себе в огород другого козла. Оба делают вид, что так и надо. Но марксизм-то, марксизм! Как тихо он издох. О нём теперь никто и не заикается. Или затаился, гад?

11.2.2017 О. афанасьев

Комментарии — 2

  1. Галина Койсужанка

    Про Веру нашу.
    Уважаемый Олег Львович, уважая в Вас искреннего человека прежде всего, я попытаюсь возразить, выделяя Ваши цитаты курсивом.
    «А бога-то нет! Есть материя, способная рождать жизнь при определённых условиях. И это есть такая великая пока тайна. Не какой-то бог — реальная тайна, нуждающаяся в разгадке. И перед этой тайной попытка сделать советских человеков с помощью советских же чудиков религиозными. „Вы меня смешите, Шура. Меня душит смех!“. И после одного века атеизма, по меньшей мере позорно всё это».

    Вера в Бога бывает двух видов: либо веришь в Бога сущего, либо не веришь в Бога сущего — оба этих состояний есть Вера в Бога, в Космос, в Творца, Иегову, Яхве, Аллаха, Будду, Кришну…
    И даже атеизм есть научно-обоснованная доктрина, основанная на признании существования Бога. Как это ни парадоксально, но признание того факта, что Бог есть злой, несправедливый, равнодушный и прочая — является признаком Веры.
    С чем я Вас, дорогой автор, и поздравляю, не смотря на отнекивание от данного, но очевидного факта. Не веришь — просто не говоришь.
    Живешь по-своему и всё.

    «Однако тоска по богу, думаю, есть в каждом человеке. Ладно, думалось, в бога, будучи в трезвом уме и доброй памяти, поверить трудно, но и совсем отвергнуть невозможно. Ведь если б он был, было бы замечательно. Жизнь отдельного человека коротка. Но если существует бессмертный сущий Бог, всё что мы любим будет повторяться вечно. Знать, что зимы, вёсны, лето, осень, любовь, ненависть (да-да, плохое тоже!) будут, будут, будут… — это ли не утешение смертному. Но и такое бессмертие невозможно, поскольку все находится в непрерывном движении, следовательно, непрерывно меняется. Всевидящего, Всезнающего, Всемогущего нет!»

    Логика в этих словах, конечно есть, но, как говориться, логика сбитого лётчика:
    раз, дескать, всё изменяется, и ничего не вечно, то значит, и вечного Бога нет.
    Читайте матчасть! — так, кажется призывают нервные современные полемисты, — ибо воля и свобода человеку, как существу, подобному Творцу, уже дана с момента его сотворения.
    И делает человек то, что он хочет: хочет — верит, не хочет не верит в Бога; хочет — исполняет Закон, не хочет — не живет по Заповедям. Это зависит от его цели в жизни.
    Иногда люди задают себе вопрос «quo vadis?» и становятся людьми с «живой душой», ищут ответы, трудятся для других, а иногда — некоторые люди так и проживают свою жизнь, не проснувшись.
    Если же исходить из того, что большое количество простодушного народа действительно нуждается в вере как в чуде — ну там преобразование воды в вино, превращение сумасшедших в свиней, покарание содомского греха разрушением города, что по сути является актом высшей справедливости, - то необходимость в институте церкви безальтернативна.
    «Когда видишь, что пришла последняя минута и не молить о пощаде нельзя, почему бог не спас товарищей моего соседа, почему дал погибнуть еще двадцати миллионам, умолявшим о пощаде? Я сказал об этом соседу. «Ведь они молились! Те трое, вместе с которыми ты падал, тоже все молились, иначе быть не могло.» Он и на секунду не озаботился: «Ну, значит, такая у них судьба».
    Сосед ответил, как понимал. Чтобы понимать глубже, иногда нужно положить время всей собственной жизни на обретение складывающихся пазлов, ибо с точки зрения живущего, главное — сытно жить на Земле и умереть в своей постели, а с точки зрения Вечности — необходимо исправить душу.
    Отлетевшая душа не чувствует боли тела и, возможно позже, вернётся к другому телу (теория реинкарнации, не принадлежащая христианству), живым же — смерть еще предстоит.
    Именно живые страдают об ушедших в мир иной, особенно о детках, о близких, о родных — и этим исправляются, сочувствуя другим. Мы, живые, плачем о том, что остались без них, ушедших. О себе плачем, не о них.
    Человек слеп в собственном счастье — не так ли?
    И сам же затевает войны, растрачивает своё и чужое здоровье, ищет острых ощущений, безжалостен к природе — какие средства воспитания Вы можете предложить человечеству, кроме сетования о жестоком Боге? На себя оборотитесь, на чад своих.
    Особенно горько было смотреть на молящихся старушек в белых платочках. «Господи, прости меня грешную! Господи, прости и помилуй…» — слышалось со всех сторон, ничего кроме этого понять в церкви я не смог.
    Да, именно эти бабушки, прошедшие все круги ада земной жизни, уже подошедшие к разделительной черте между жизнью и смертью, в состоянии понять связь вещей и событий. Именно они ощутили и простили предательство детей и мужей («всяк человек — ложь»), многотрудность земного существования («в поте лица своего… хлеб свой»), телесную радость и боль («в боли и крови рожать будешь») — к концу жизни им, некоторым, открывается вся красота и логика миропорядка, сокрытая раннее.
    Отсюда и мольба о прощении перед Богом, и только перед ним — в нашем православном государстве именно верующие могли, не взирая на чины, говорить правду, ибо они перед Богом стояли. Что делается сейчас, перед кем стоим мы? Перед Мамоной стоим.
    «Слово Иисуса, Слово с большой буквы — вот что достойно веры, почитания, развития, распространения. Слово деятельное, проникнутое пониманием человеческих нужд и чаяний, по которому выросла самая развитая в мире европейская цивилизация — оно и только оно достойно веры. И это Слово — Иисус Христос, который есть Слово и только Слово, Слово на века.»
    Относительно утверждений о самой развитой в мире европейской цивилизации уже возникают вопросы к автору статьи- такое можно утверждать лишь от недостаточной глубины знания о древних цивилизациях, например, Китая или Индии, родивших и развивших четвёртую по массовости религию, Буддизм.

    «Снова я тогда, в марте 91-го, побывал в Загорске и целых пять дней ходил на монастырский двор, пытаясь хоть что-то понять в православии. И вновь почти полное неприятие. Да, церковное благолепие, невнятное бормотанье священника, вой дьякона, голоса хора и молящихся приподымают и уносят далеко-далеко назад, когда люди были малоискусными, малоискушенными. Но Слово — где же Слово? Слова я не услышал».
    Что автор имел в виду под словом «Слово»?
    Проповедь ?- так нужно было с утреца постоять на службе, как правило, кончающейся проповедью.
    Или он жаждал беседы по душам?
    Вот, наконец, приехал такой неприкаянный-недоверчивый автор в Загорск, а священники к нему гурьбой сбежались бы, наперебой пророчествуя и приглашая на подкожную исповедь… Так и Лев-наш Николаевич не раз удостаивался беседы с Оптинскими старцами, но до исповеди не дошёл. А раскол — церковный-то раскол! — поддерживал, публично выражая духоборцам свое расположение. Он, уже известный писатель, посчитал возможным светски публично порассуждать о тонкостях Веры, являющихся принципиальными для посвященных — что ж, согласно правилам, его предали анафеме.
    Это можно сравнить с настойчивыми советами опытному учителю в вопросах программы или воспитания детей, исходящими от молодых родителей единственного ребёнка — что, по сути, наивно, беспардонно, недальновидно, но правомочно и модно нынче.
    Церкви ныне растут почти с такой же скоростью, как бензозаправочные станции. Отчего бы это? Выгодно вкладывать деньги. Почему выгодно? Потому что церкви даны льготы, приносящие выгоду. Кому же попадает выгода? Тем, кто у пирога и есть деньги. Выгода даже двойная — у кого есть деньги, еще больше их делается, а нищий народ может бесплатно молиться о продлении здоровья и хорошей жизни. Молитесь — и бог даст. И это опять враньё, сваливание беды на чужие плечи: бог тебе должен помочь.
    Здесь я соглашаюсь с автором — много строят. Хотя, если кто-то из читающих присутствовал на праздниках или на службах в выходные дни, то знает тесноту, царящую в церквах.
    А я — да и Вы в силу возраста — также помню время использования Храмов под хранение мешков с удобрениями — именно полустертые фрески на стенах такого «церковного» склада 50-х годов, где можно было еще прочитать «…Бога живаго…», и возбудили мой нескончаемый интерес к теме отеческой религии.
    Потом там был магазин, и я помню свой шарящий взгляд по стенам, когда я чувствовала проступание фресок сквозь модную штукатурку. И, наконец, через десятилетия, восстановили этот самый Храм.
    Такая вера. Крестят детей, венчаются, на тот свет уходят под маловразумительное мычанье. Это ведь еще и модно, очень поощряется властью, сами начальники крестятся, смиренные.
    Не поверите, но товарищеский суд над певчими, а по сути, студентами музучилища, состоялся еще в 1985 году. Осудили, заклеймили позором… Подрабатывали девчонки, накрывшись косыночками, а комсомольский дозор их споймал.
    Вы о чем сетуете, уважаемый автор? О былом? Об стихших нынче комсомольских собраниях или скучно без кулачных боев молодежи стенка на стенку? Наверное знают, о чем бормочет скороговоркой батюшка, раз уж выстаивают смиренно по 4−5 часов стоячие службы в православных храмах, а нет — так и спросят, переступив свою гордыню, а?
    А что молитвы Вам не чувствуется — так свою слагайте молитву, да за собой следите.
    За собой и своими отношениями с Богом. Вы и Творец. «Если двое или трое собираются во имя Мое — и я буду среди вас».

    Кроме того, заметьте, что молитвы в основном сводятся к фразе «подай мне, Господи», и далеко не каждый просит: «наставь, Господи» или «просвети, Господи».
    При всем том факте, что церковным старушенциям не грозит Альцгеймер, так как они потихоньку выучивают все 150 Псалмов, то, говорят они, молиться можно и одним-единственным словом «Господи», не открывая рта.
    А выход есть. Просвещение. Слово Христа, каким бы замечательным оно не было, не последнее. После Христа была мыслители Возрождения, Просвещения, Науки. По слову именно деятелей Возрождения, Просвещения, Науки создались как бы сами собой Великие Соединённые Штаты Америки. Разве не достойно проповеди слово, допустим, Бекона, Спинозы, Гердера, Гельвеция, Швейцера? Выстраданное слово.

    Просвещение, говорите? -voil?!
    Сумма ненависти, исходящая от человечества, как любая сумма энергии, никуда не девается, а только перемещается — исключительно согласно Закону сохранения массы и энергии, открытого и описанного М.В.Ломоносовым.
    По этой причине умные люди не советуют казнить преступников, а доводить их до раскаяния — а на это, порой, нужны годы. Иначе — никак. И только священники способны нести Крест принятия исповеди у осуждённых, раненных и умирающих. А потом — с этим — жить.
    Образование, говорите?
    Попробуем открыть рассказ «Косцы» лауреата Нобелевской премии Ивана Бунина, размещенный в учебнике за 5 класс 2017 года обучения, где без устали косят и поют былинные рязанские мужики, поедающие на обед вареные мухоморы, нахваливая их.
    Прочитав, отныне я горжусь нашим первопроходцем писателем Буниным относительно мескалино и прочих пейотов, задолго заткнувшим заморского писателя Карлоса Кастанеду, тскзать, за вышитый кушак рязанского неутомимого косца.
    Конечно, можно Вашему списку из Бекона, Спинозы, Гердера, Гельвеция, Швейцера добавить, прежде всего, Вольтера и Ницше с Шопенгауэром. А также противовесить Ваш список не менее яркими апологетами церкви — Томазо Кампанелла, Морган, Лютер - но в этом случае ключевым словом остается «борьба», помните, это когда «пепел Клааса стучит в моё сердце»?
    К чему ведет любая борьба? — к Крестовым походам, инквизициям, к демократической революции, к Майдану, к хунвейбинам, к скитам староверов и массовому переселению верующих и неверующих из Азии в Европу. Продолжать?
    Как в любой науке или долгой практике, имеющей последователей и исследователей, христианство имеет своих мыслителей: Иоанн Кронштадский, Игнатий Брянчанинов, Антоний Сурожский — я назвала навскидку, выхватив из памяти русских священников, великолепно образованных и общительных, оставивших не только книги, но и аудиозаписи бесед (Антоний Сурожский) — уверена, что у Вас не доходили руки прочитать, например, о «прилоге греха» священника И. Брянчанинова, описанном до Ф.М.Достоевского, принятого в светской культуре за образец христианского мышления.
    Кстати, примите совет, перечитайте «Легенду о Святом инквизиторе» — помните, в книгах «Братья Карамазовы»? Очень отрезвляющее чтение для современного романтически настроенного человека: попробуйте пройтись по улицам Вечного города вслед за вновь пришедшим Христом.
    «Вы меня смешите, Шура. Меня душит смех!». И после одного века атеизма, по меньшей мере позорно всё это.
    Не уверена, что истекший век, обозначенный автором, как «век атеизма», был таковым по сути, ибо ВОС революция (за справедливое распределение благ) проводилась искони православным народом, уже впитавшим в себя моральные нормы заповедей: не сотвори себе кумира, не убий, не укради, не прелюбодействуй, не лжесвидетельствуй и др.
    Эти исповедуемые — традиционно чтимые — моральные нормы легко легли в основу Кодекса строителя коммунизма. Произошла простая подмена Веры в Бога верой в светлое будущее, то бишь в коммунизм. Идеологом молодёжи выступила сама Надежда Константиновна, выхолостив демократические начатки разномыслия у подрастающих октябрят и любознательных пионэров.
    Замечу: относительно сегодняшнего дня русское население было практически непьющим.
    Накануне Первой мировой войны свирепствовал «сухой закон», а взрыв алкоголизации произошел в революцию и во времена гражданских войн. А вот государственная поддержка этого процесса наступила как раз до ВОВ — открытая продажа водки стала акцизной, таким образом государство получало прибыть, тксзть «на перевооружение» армии.
    Но как бы ни было, а традиционно верующий народ, воспитанный на преданности Богу, Царю и Отечеству, вошел в горнило борьбы с фашизмом без лишних вопросов. Вошел, как в воду, понимая, что идет отдавать «душу свою за други своя».
    Легко ли было управлять таким народом?
    Да уж легче, чем сегодняшним, отравленным и демократической псевдосвободой, и преступной терпимостью, витиевато названной «толерантностью» к недопустимым раннее проявлениям общественной жизни, таким как равенство всех религий, включая вариации под разными масками сатанизма и антихристианства, или ЛБГТ (сексуальные меньшинства) — к каким Богам теперь прикажете взывать, сдерживая развращенные умы?

    Не к ночи будет помянуто, но приснопамятный Ален Даллес, разрабатывая тактику холодной войны, рекомендовал прежде вывести русскую женщину из семьи — добились, вывели?
    Не знаю, суфражистки ли виноваты или прохиндей Даллес, но вековая мечта Л.Н.Толстого о свободе сексуального выбора Анны Карениной свершилась: бабы стояли на трассах и кормили семьи времён начала перестройки. Толерантно не осудили — типо, что делать? — а тем временем, за последние 30 лет армия безнадзорных детей уже выросла во взрослое население.
    Теперь — это маргиналы в собственной стране, часто — сироты или айлавьюнчики. Без царя в голове, без традиционных моральных норм, не зачатые в таинстве и святости брака, с умением читать-писать без употребления оного, без веры в правительство, без надежды на Бога, без уважения к маме и, как правило, отсутствующему папе — 5% богатеев с их отпрысками я не беру в расчет. О моральном облике нынешней девушки Вы не задумывались, а? Это нормально, когда русских дам в Турции и Африке поголовно зовут «Натаща»?
    Историческая справка: Ален Даллес не придумал эту самую «холодную войну», а лишь развил доктрину Йозефа Пилсудского о разрушении России. Я думаю, сейчас легко найти в И-нете соответствующие материалы, чтобы понять, насколько стары и масштабны амбиции Польши относительно России — с 17 века, со времён Речи Посполитой. Со времен подавления Николаем 1 польских восстаний за независимость, со времен запрета на деятельность масонских сект, бесплатно обучавших и лечивших поляков так качественно, что несчастная угнетённая католическая Польша (тогда — окраина Российской империи) была 100% грамотна и здорова.
    Сплочение Польши вокруг католической веры и национальной идеи позволило полякам сохранить свою идентификацию, не смотря ни на что. Поэтому, они уверены, что их поэт Адам Мицкевич — свободный поэт, а у нас Пушкин — придворный стихописец. И пусть Мицкевич, живя в Париже, ни одной ногой ни стоял на баррикадах, к которым он призывал, и пусть он ни глазком не видел своих великих предков из воспеваемой им могучей Речи Посполитой, он всё равно великий поэт, не то, что наш Пушкин.
    Мне, честное слово, немного завидно от непоколебимости польской позиции, крепости которой добавило и польское происхождение недавнего папы…

    А сам-то, сам каким молодцом держится! Другого наиглавнейшего — католического — где-то в Америке достал. Шептались они там, обнимашки делали, ручкались. А совсем недавно этот молодец с внешностью русского купчика средней руки из 19-го века каким-то образом добился приёма у самой королевы аглийской. Как он смел со своей исконно холуйской физиономией и фамилией? Но вот посмел же.

    А патриарх Кирилл… Ну что ж… Господь — говорят — даёт пастыря по пастве. Значит, время такое настало — железное, деловое, неотступное.
    Память светлого патриарха Алексия II тоже полощут в И-нете за миллионы, оставленные настоятельнице женского монастыря в наследство — завидно людям, по-другому и не оценишь всю эту шумиху. А кто содержит монастырь? Готовит, прибирает, стирает, ремонтирует — обихаживат сами себя и прихожан, и двор, и стены, и коммунальные платежи. Государство ни-ни, ни копеечки.
    А вот репрессии — да, тысячи, десятки тысяч новомученников полегли в Соловках… — читайте книгу «Отец Арсений».
    В своё время Архиепископ Тихон, гневно и открыто обличавший большевиков, не спас ни от репрессий, ни от вспышки иконоборчества 1920−1925 годов, когда иконы кучами сжигались на площадях, а комсомольцы наряжались в рясы и плясали вокруг, не спас он и от дальнейшего раскола Русской православной церкви — выехавшие за рубеж священники образовали Русскую православную церковь за рубежом. Мог ли он переубедить в чем-то поколение цареубийц, взбунтовавшуюся матросню — можно ли говорить с «правым сектором» или юными девушками в жовто-блокитных паперах, разливавшими по бутылкам горючую смесь на Майдане, или с чеченцами, распявшими солдата Женю Родионова, не снявшего крестик?
    Церковь приняла его в лоно в ранге «новомученника».
    Неужели Вы не чувствуете вязкого воздуха не-на-вис-ти, скопленной веками и изрыгаемой толпами людей?

    Я отвлеклась от сетований о расколе когда-то единого тела Церкви, простите.
    Не поверите, но до сих пор с трудом налаживаются связи между оставшейся, «советской», согласившейся на компромисс с властью с целью в те страшные годы спасти церковь в приниципе, и церковью «в изгнании»!!!
    Сто лет прошло, а противоречия не сглаживаются — по две Православные церкви во всех странах. Абсурд? Конечно…
    Для справки: еще с 12 века православие считается сектой с точки зрения католицизма, а тут еще внутренние брожения — я не об Украине и их борьбе с Московской партиархией. На сегодняшний день более 2000 церквей христианского толка на территории нашей страны — можно спорить, доказывать, не соглашаться, но это — послеперестроечный факт. Это — отнюдь не ортодоксальное православие, а, по сути, секты, поставленные государством вровень с основными религиями в рамках демократической свободы — как Вы думаете, это инакомыслие не является ли раскачиванием умов изнутри, нет?
    Это не раскачивание культурных и традиционных основ государства, в котором Вы сейчас громогласно, как писатель, участвуете?
    Снова обращаюсь к мудрости отцов церкви: «если можешь что-то изменить — делай, не можешь — смирись».
    Именно смирению перед неотвратимым и учит «церковное делание», то есть практика, пусть и без Веры, но с пониманием, что нужно поддерживать устоявшийся миропорядок.
    Вера, она ведь как любовь, не всякому даётся, но живут ведь люди и детей рождают, и по сговору женили раньше и — не вымерли. Кака така любоффф? Гормоны, эйфория, бесконтрольный выплеск эмоций и агрессии…

    Попы укрепляются. Тот попик, мой по сути сосед, прикупил участки рядом со своей доминой, нарастил ещё до четырёх метров свой старый трехметровый кирпичный забор, с заменой старых ворот (вполне как новыми) — новыми ещё более грандиозными. Внутри непроницаемой усадьбы чего-то построено, но видны лишь красивые крыши, навскидку не менее двухэтажных домов. Чем в них занимаются. Свечечки льют? Иконки штампуют? Вино курят?..

    Я бы не стала предъявлять претензий к материальному положению священника хотя бы потому, что он не рассчитывает на пенсию, как, например, и стриптизёрши.
    Вам трудно представить себе меру индульгенции, которую назначает себе виновный человек, мечтающий откупиться от собственного греха. Это возможно, не «лепта вдовицы», и не секрет, что многие нынешние богатеи сколотили свои капиталы если не на крови, то на подлости, набедокурив в лихие 90-тые.Совесть гложет — вот и несут. А что Вы прикажете делать — через кассу оприходовать и ввести в соблазн не менее жадную налоговую, за ней милицию и так, по цепочке, снова прийти к бандюкам…
    А дают ведь — после личной исповеди, и батюшка иногда исповедует жестко и беспристрастно, и что там сказано — умерло с батюшкой, молящимся после исповеди еще долго-долго, нам не видно сколько и как, но священник никогда не ложится спать с нашими грехами, не попросив Бога о прощении нас, его чад.
    А «человек усовестившийся» учится жить, искупляя грех, ибо наибольший враг человеку — он сам.
    Именно священник использует нравственные понятия, такие как «стыд», «совесть», «гордыня», «ближний», «прощение» — не психолог, который берет за беседу астрономические суммы, но который просто распутывает ваши мысли, не выстраивая вам общечеловеческого морального скелета.
    По-вашему, если астролог или наркобарон выстроил себе 3-этажный дом, то это вроде как и норма, а вот священнику нельзя — ни-ни?
    А мне, к примеру, известны врачи, устроившие в своём жилище врачебные кабинеты и лазареты — так отчего же не предположить, что там, за высоким забором священника нет домовой церкви, где батюшка может исповедовать и причащать, крестить и окормлять, беседовать и увещевать «нуждающихся и обремененных»?
    Время нынче благодатное, никто не запрещает.
    А что касается высоких заборов, так Вы, по-видимому, давненько не бывали в Подмосковье, где такие заборы много лет окружают человеческие дачи.
    У нас, в Батайске, перед домами с обычными заборами — палисадники, отнимающие массу сил и времени. Зато людям красота: душа радуется на цветы и травы, на экзотические деревья и малихитовые камни, выступающие из влажной почвы. И ящерка… У нас еще соседские дети бегают гурьбой, вытаптывая тюльпаны в погоне за воланчиком, а в Подмосковье — разбитая дорога, слева и справа стена 4-метровых заборов и тишина.
    Ни детей на улицах, ни соседских посиделок на лавочке с пузатым самоваром или бутыльком винца, ни-ко-го. Homo homini lupus est.
    Итак.
    Не ставя себе целью как-то Вас переубедить в вопросах Веры и отношения к ней, я пытаюсь обратиться к прочитавшим Вашу статью в надежде помочь им распутать Вашу витиеватую логику.
    Перед лицом разрушающегося мира, изменяющейся природы мы, людишки, бессильны: или погибнем или объединим свои силы воедино и соберём души как первый Адам, помнящий Бога.

    Мы выстроили Вавилонскую башню, грозим с неё Творцу и ненавидим друг друга — не хватит ли?

    Единственный общечеловеческий язык — это язык Библии, понятный иудеям, написавшим Библию и сохранившим веру в единого Творца, понятный христианам, «выросшим» из Ветхого завета, понятный мусульманам, взошедшим из Библии — это язык ортодоксальных церквей основных конфессий. Включая Буддизм, вобравший все общечеловеческие нормы искони.

    Или, выступая против Церкви, Вы считаете, что миллионы людей способны друг с другом поговорить на языке, предложенном видениями Елены Блавацкой или неофантазиями Даниила Андреева? Понимаете ведь! — нет, невозможно.
    Вы прекрасно знаете, что остальной, «неверующий» народ так или иначе живет в пределах установленной морали и в границах традиций — вспомните, какие марши протеста устраивала толерантная и нерелигиозная Франция по поводу однополых браков и их права на усыновления?
    Их никто не услышал — политика оказалась главнее морали.
    Но, очевидно, что нормальная, установившаяся веками общечеловеческая мораль, практически едина во всех более-менее цивилизованных странах.
    Использование настроений, подобных Вашему, и приводит к эпатажным политическим решениям -лишь бы что, но против Церкви. Мы, как одичалые псы, кусаем руку своему Создателю, зная его слабости и болевые точки. Мы — предатели Его идеи создать себе подобного. Вот уже и ЛБГТ имеют права, и проститутки организовали свой профсоюз, и гомики женятся усыновляют детей, и педофилия в Азии процветает — скоро человечину сможем есть, не стесняясь. Ведь доктор Лектор — вполне себе симпатичный, умный, философствующий, и мужчинка хоть куда…
    Ведь, как говаривал герой фильма В. Хотиненко «Мусульманин»:
    «» Не можете молиться — не молитесь, не можете поститься — не поститесь. Не можете верить в Христа — не верьте. Не можете верить Мухаммеду — не верьте. Но знайте: придет Сатана — и вы поверите ему, потому что он заставит вас поверить ему".

    Это моё стихотворение вполне созвучное Вашему, Олег Львович, настроению, которое возникало у меня в пору моего неофитства, как доказательство пережитого.

    пасхальное
    Христос воскрес! —  Воистину воскрес!
    Ответный хор что океана всплеск.
    Счастливый пастырь браво восклицает:
    Христос воскрес! — Воистину воскрес!
    Паникадило до самих небес
    отрадно и торжественно пылает,
    благоуханный ладан, мрея, тает,
    окутывая православный крест.

    …Толпа людей колышется плечами,
    светлеют лица ясными очами,
    и пришлый запах раннего вина,
    растерянных, накрашенных девчонок,
    принесших тоже куличи в поддонах
    и ожерелья радужных яиц,
    был наравне с химической атакой…
    …ОМОН проворно разобрался с дракой
    безусых, сильно раздраженных лиц.
    …Сухих старушек невечерний свет —
    такой я в зеркале искала — нет.
    Платочки белые, как мантия в миру —
    не подвиг? — подвизаться на юру,
    средь одичалых псов, а не не волкОв —
    что знают дом хозяина и зов,
    его куском, по милости питались,
    и — в лес ушли, и там, в лесу остались,
    звериный снова обретая рык,
    и мне непостижим Святой язык…

    В Чечне распяли юного Христа —
    кому-то эта истина пуста…
    «Христос воскрес! —  Воистину воскрес!" —
    Кричу и плачу. Предо мною лес.

    1999 год, Батайск.

  2. Людмила Шутько

    Итак, займемся любительскими теологическими штудиями на литературном сайте. При том что никто из нас не теолог, а уж тем более не религиовед, и у нас даже нет общей понятийной базы для этого разговора, потому как не сыскать в РРО СРП двух человек с одинаковыми рел. убеждениями. Должно получиться весело. Уже получается. И я тоже хочу присоединиться к веселью.

    Моя версия происходящего нижеследующая.
    Верить — вопрос веры. И не верить — вопрос веры. Существование или несуществование предмета веры недоказуемо по определению.

    Заниматься богоборчеством — означает верить, поскольку против пустого места было бы невозможно бороться. Богоборец — верующий, а не атеист.

    Но в эссе Олега Львовича я не вижу никакого богоборчества. Он заявил, что не верит, и дальше в этом не противоречил себе. Правда, и не прибавил к этому ничего. Поскольку невозможно прибавить доказательство к аксиоме, она недоказуема.

    Тема его текста иная, и полемика направлена против иного — против конкретных организаций и конкретных людей, спекулирующих на святом. В вопросах веры я не сойдусь с автором, как и предыдущий оратор: «потому что этого не может быть никогда» :) А вот в вопросах морали общая база очень даже имеется. Тоже не люблю, когда за красивыми словами скрывается одно — «дай деньга».

    Когда человек, известный как (около)религиозный деятель, дает повод упрекнуть себя в низменных мотивах — это действительно проблема для всех его единоверцев. Он бросает тень и на порядочных в том числе. Это как если, ну, скажем, я (за неимением лучшего примера) вывешу на нашем сайте очередной свой стихошедевр, а гости ресурса в гневе воскликнут: «Вот уровень СРП!» Но мы-то знаем главное: общий уровень СРП был и останется гораздо выше.

    Далее, я не сваливала бы в одну кучу православие — с другими христианскими конфессиями, христианство — с иными религиями. И самое главное — никакую конфессию не сращивала бы с государством даже мысленно. Не будет от этого добра ни ей, ни государству.

    Если невозможно уверовать или утратить веру под влиянием каких-либо логических доказательств, то тем более устрашающе выглядят любые попытки принудить к вере, исходя из соображений государственной пользы или просто из того, что «мы лучше, чем другие, ату других!». Кто проповедует посредством кнута и пряника, тот, скорей всего, оттолкнет всех, кто его слышит, от себя и заодно от своих единомышленников. Хотя не исключено, что, дабы не ссориться, кто-то сделает вид, будто подчинился.

    А еще Галина Григорьевна пишет: «Это можно сравнить с настойчивыми советами опытному учителю в вопросах программы или воспитания детей, исходящими от молодых родителей единственного ребёнка — что, по сути, наивно, беспардонно, недальновидно, но правомочно и модно нынче». За модой не слежу, но признаю за обрисованными персонажами их право на индивидуальную позицию. Вот почему. Их ребенок - для них единственный. Не винтик в механизме. Не погрешность статистики. Не «лес рубят — щепки летят».

    Поясню еще конкретнее — уж извините. Если у классного руководителя с большим опытом за те 35 лет, пока он наращивал свой опыт, 1999 учеников благополучно окончило школу, поступило в вуз, достигло всего чего положено, зарекомендовало себя, внесло вклад в жизнь страны и т. д. и т. п., — и только один, самый плохой ученик, в буквальном смысле паршивая овца, совершил самоубийство в 12 лет, то хорош или плох преподаватель? Безусловно, хорош. И статистика об этом говорит.

    А жизнь этой семьи закончилась. Потому что ребенок был единственным. Не было 1999 запасных.

    Так кто был больше заинтересован в сохранности жизни, рассудка и здоровья этого ребенка?

    Не знаю как насчет церквей и прочих организаций, но вера, как мне кажется, нужна для исправления души, а не для втаптывания ее в гумус с целью удобрения оного. То есть нужно исходить из абсолютной ценности каждой этой самой души.

    Есть еще некоторые моменты в эссе и в комментарии к нему, о которых бы я написала. Но вот что останавливает. Олег Львович честно и сразу открылся всем, с каких позиций он пишет: атеистических. Галина Григорьевна! Мне кажется, разговор подошел к таким темам, где нужно либо обладать эрудицией и логикой, достойной как минимум С.Я.Сущего (чтобы не терять из поля зрения ни одну существующую конфессию, равно отстранившись от всех), либо придется расписываться в собственной ориентации на вот это и вон то. Просто для удобства взаимопонимания. Но после этого всем расписавшимся останется покинуть зал заседания, признав, что на разном наборе аксиом не строится диалог.

Добавить комментарий

Реклама на сайте

Система Orphus
Все тексты сайта опубликованы в авторской редакции.
В случае обнаружения каких-либо опечаток, ошибок или неточностей, просьба написать автору текста или обратиться к администратору сайта.